«Отцы веры» ХIХ века, пропитанные насквозь интересами империи, которые они выдавали за интересы Бога. Как они могли чему-то всерьез научить свое поколение, когда в их проповедях царя было в 10 раз больше чем Бога? Как они могли родить поколение настоящих и ответственных отцов, не будучи ими сами? Что Пушкин, с потолка, что ли, списал образ сей? В семье ленивого жирного борова, который только и умеет что хитрить да «гнаться за дешевизной», вдруг появляется ответственный человек, труженик, пашущий на свою семью с утра до ночи чисто по-отцовски. И «отцом», надежной и ответственной опорой он для этой семьи почти что и становится. Помните с детства эти строчки? «Живет Балда в поповом доме, спит себе на соломе, ест за четверых, работает за семерых; до светла все у него пляшет, лошадь, запряжет полосу вспашет, печь затопит, все заготовит, закупит, яичко испечет да сам и облупит. Попадья Балдой не нахвалится, поповна о Балде лишь и печалится, попенок зовет его тятей; кашу заварит, нянчится с дитятей». А у самого попа, что, времени на все это нету? А ведь он - отец семьи? Но если у него на это времени нет, значит Балда стал для его семьи настоящим отцом. И эта, далеко не фантастическая ситуация, многим с детства хорошо знакома. «Попов» выгоняют из семей, «Балду» ищут, и потом, если найдут, то чуть ли не молятся на него. Потому что семья - это тяжелая работа и ответственность.

Пока папаша валяется на диване с газеткой, проблемы семьи потихоньку зарождаются. Отцу некогда «нянчиться с дитятей», потому что матч и газета важнее. Потом дитя из СИЗО не раз ему это вспомнит. Сколькие женщины мечтали о таком муже как Балда? Но не с потолка же Пушкин его списал? Ведь наши отцы когда-то такими были? Ведь были же тогда - пятьдесят, сто и более лет назад? Так что же случилось с ними? Может если пример ленивого и жирного «борова», которому некогда «нянчится с дитятей» 24 часа в сутки перед глазами «этого дитяти», то такое же потом ленивое и аморфное из него и вырастает? Ибо в сердца следующего поколения мальчиков-будущих отцов по-настоящему твердо мог что-либо вложить только хороший пример их отца. Но это если он был, этот хороший пример. А что видели глазами своего сердца наши бывшие мальчики? Что? Многие из них только папашу с газеткой у телика и видели. Особенно в годы 1980-2000-е? Разве нет? В какой-то момент в СССР, когда исчезли тяжелые испытания, на смену поколения подвижников пришло ленивое и похотливое мещанство, поколение «гоняющихся за дешевизной» и ищущих себе полжизни какого-нибудь «Балду», который бы сделал все за них.

Но раз так ныне стало у нас все запущено, значит в свое время бывшие еще мальчиками, нынешние отцы глазами своего сердца достойного для подражания примера в их отце не увидели? Я говорю об общей массе отцовства, а не об исключениях. И если мы хотим спасти будущее следующего поколения, то на что смотреть нынешним мальчикам? Где он этот достойный пример отца для их сердечных глаз? Может быть нам, раз земное отцовство стало столь запущено, ПОСМОТРЕТЬ НА СОВЕРШЕННО ДРУГОЙ ПРИМЕР? И если Пушкин в образе Балды смог вывести такого человека, который фактически стал примером для семьи попа, то уж в Святом Писании таких примеров для современных семей предостаточно. Может, пока не поздно, пора вспомнить миру о совсем других стандартах отцовства? Пора отцам учить их сыновей - будущих отцов - другому, совсем другому. Ну, если конечно улететь в тартарары не хотим.

Из сердца отца в сердце ребенка «вливается» будущее страны и что вольется, то таким уже оно и будет. И если отца настоящего нет, то «отцом заместителем» все равно кто-то ребенку станет. И хорошо если это настоящая мама? А если это уличная банда, дядя-уголовник, тетя- проститутка или сосед-наркоман? А это «святое место» никогда не бывает пустым. Ваш ребенок едва научился переключать каналы, а уже с экрана в его разум «лезут» тонны грязи и нечисти, чтобы поработить его сердце и стать ему «отцом»- авторитетом вместо вас. Вот поэтому последний стих из книги пророка Малахии это не просто последний стих Ветхого Завета, а УКАЗАНИЕ БОГА ЧЕЛОВЕЧЕСТВУ НА ЕГО КЛЮЧЕВУЮ ПРОБЛЕМУ, ОТ КОТОРОЙ ПЛЯШУТ ВСЕ ОСТАЛЬНЫЕ НАШИ БЕДЫ! Иначе, с чего бы это вдруг, за отказ от восстановления отношений отцов и детей Бог стал бы грозить сразу всей земле проклятием? 

Только увиденная в собственной семье твердая власть отца формирует в ребенке, закладывает на уровне подсознания, настоящее будущее умение послушаться и подчинятся власти и когда нравиться, и когда не нравиться. Вот почему мы ныне имеем поколение молодежи, особо «отравленное» бунтом и своеволием, поколение, которое может породить завтра на смену себе такое, что даже страшно помыслить. Может даже еще худшее бунтарство, чем то, которое мы пережили 100 лет назад, вымазав руки по локоть в крови собственных братьев и сестер?   

Кто должен был научить матроса, который с красным бантиком на груди начал в 1917 году втыкать свой штык в кадетов, попов, своего капитана, монашек, прочих «вредных элементов», тому, что это дело страшное и безбожное? Кто первый должен был твердо этому с самого детства учить его? Поп, царь, ЦПШ, мичман, корабельный устав? Наверное, самым первым учителем должен быть наш отец? Отец входит в сердце ребенка с какими-то твердыми заповедями самый первый. И если он не вошел, то все равно кто-то войдет рано или поздно, вот только что это будут за «заповеди»? Возлюби ближнего? Или возлуПи ближнего штыком, прикладом, саблей, когда это очень нужно для «справедливости»? Тем более что поп или устав обычно учат очень запутанно, вроде бы они учат, что возлуПить ближнего плохо, но если это нужно родине, то можно. Вот и разберись.

Тем более что родина там, далеко в столице, без нас и за нас обычно, решает кого можно возлуПить, а кого нет, спуская вниз готовые к исполнению инструкции: вот этих «неправильных» лупить, а этих пока обождать. А между всякой инструкцией родины еще и совесть моя должна поместиться, если я спать спокойно хочу жизнь оставшуюся. Если бы Петр Великий церковь в имперскую телегу не впряг, то попы может так и учили бы? Но какая ж империя потерпит, чтоб кто-то учил против ее интересов? Вот потому она попов в свои телеги и впрягает, тем самым отвращая народ от веры в Бога. Церковь и так опосля расколу едва дышала, а тут ее Петя оп-ля в царские сапожки одел и под трон свой подложил, что б мягче «ампэратору рЮшения яго дивные» в уши народные втыкать. Вот и разбери после этого, где Бог, а где сапог царский. Ну да, 1917 год разобрался прекрасно. Церковь должна быть церковью, а трон троном. А если она продолжение государственных интересов, проводник амбиций империи в сердца народа, тот тута ей бедненькой и каюк. Амба.

Сколько междоусобной крови пролила война Гражданская? Брат резал брата на части. А где были те «отцы веры», которые должны были встать и кричать людям: «Вы что братия православные, белены объелись? Как же вы в живых то людей стреляете? Это же ваши братья и сестры?» Говорят, совсем малость таких была. Да вот тут то и сыграло то, что слова священства уже по инерции воспринимались как слова от трона царского. А если «отец веры» не приучил поколение «любить ближнего», это значит он автоматически расположил сердца поколения к тому, что ближнего нужно «только лупить». И отец семьи в этом списке учителей значится самый первый.

Режиссер фильма «Адмирал» в его сказке про «хорошего» адмирала Колчака, снял как в одном кадре моряки усердно молятся на палубе корабля и тут же эти же самые моряки в другом кадре взяли и перебили (так же усердно как и молились) своих флотских командиров. Чего спрашивается, стоит такая молитва? Да и вообще-то, богомол с наганом в руке, загоняющий в храм или требующий за счастье родной страны или аж всего человечества «положить» тех или этих, как ему кажется, «неправильных» людей, смотрится как-то странно? Христос то ведь все больше словом старался, а не наганом? Да, Он взял в руки бич однажды и лавочку в храме прикрыл со свечками. Не место для торговли храм, не место. Так не наган же взял, а бич - боооольшая разница?   

 


(Факты помеченные знаком *** излагаются автором на правах собственной журналистской версии.) 

перейти к Главе 16. Нам нужны лидеры-отцы, боящиеся Бога.

перейти к Содержанию