«Не желай дома ближнего твоего; не желай жены ближнего твоего, ни раба его, ни рабыни его, ни вола его, ни осла его, ничего, что у ближнего твоего» (Исх. 20:17)

     Данная заповедь утверждает, что любое проявление зависти есть грех. Она осуждает чрезмерное возжелание как принцип, с одной стороны, а с другой, желание иметь то, что принадлежит не тебе, а другому. 
    Ограничивает ли десятая заповедь все мои желания или же она говорит мне о том, что я не должен желать сверх того, что мне необходимо, чтобы устоять против искушения красть?
    Заповедь предупреждает об опасности проникновения мирского желания в сердце человека. Вода необходима кораблю, чтобы плыть, но проникновение ее внутрь судна грозит опасностью его потопления. Мирские желания, проникшие в сердце, ведут к погибели. «Не желай...».
    «У ненасытимости две дочери: «давай, давай!» (Прит. 30:15). Это «давай, давай!» и есть желание, о котором говорится в заповеди.
    Если мысли праведника — о небесном, то мысли же жадного (желающего больше, чем надо) — о мирском. Они не выходят за пределы работы, личного времени, огорода и так далее. Жадному человеку не дает покоя то, что еще не у него в кармане, а спасение для него невещественно и эфемерно.
    Помышления сердца праведника, его любовь устремлены ко всему небесному, а жадный любит мир. Когда Иисус сказал юноше: «...продай имение твое и раздай нищим...», — то «юноша отошел с печалью, потому что у него было большое имение» (Мтф. 19:21, 22). Ему было лучше расстаться со Христом, чем со своим добром.
    Мирская суета и «мне некогда» — смертельные враги человека. Желание сделать больше и больше заслоняет собой Господа. Господь Иисус Христос предупреждает: «... смотрите, берегитесь любостяжания, ибо жизнь человека не зависит от изобилия его имения» (Лк. 12:15). Грех любостяжания или зависти, опасен, к тому же его очень трудно распознать. Часто его оправдывают заботой о доме и семье, маскируют под добродетель и радение. Но трудность в распознании не оправдывает его, и нарушение десятой заповеди должно рассматриваться как преступление Закона, к тому же не менее опасное, чем нарушение других заповедей.
    Желание иметь все неминуемо ведет ко греху. Жадность и зависть были причинами первого греха: «... вы будете, как боги, знающие добро и зло» (Быт. 3:5). Жадность — мать всем грехам, она нарушает первую заповедь: «Да не будет у тебя других богов пред лицем Моим».
    Жадность не дает возможности человеку в воскресный день прийти в церковь и поклониться Господу, а это ведет к нарушению четвертой заповеди. Разве рынок важнее Бога? Жадность приводит к нарушению пятой заповеди: «Почитай отца твоего и мать твою...» Алчный требует от отца больше. Он хочет завладеть всем, и когда все или почти все находится в его руке, то отец — только помеха. Жадность — причина многих убийств.
    Рассудите, чего мы желаем. Достойны ли окружающие нас вещи нашего желания? Разве они ценнее души? Мир — искусство от Бога, а душа — подобие Божие. Мы жаждем того, что все равно не удовлетворит нас. «Кто любит серебро, тот не насытится серебром...» (Екк. 5:9) Соломон, воззрев на мир, понял его суть. Муть эта — суета! Как золото не может снять головной боли, так и богатство не разрешает духовных проблем. Мирское приходит и уходит. Какой же смысл цепляться за него?
    Возжелайте небес — вечной обители, преисполненной счастья. Чем больше устремлений к небесному, тем меньше места для земного желания.