Страх и совестьСтрах и совесть обычно принято противопоставлять друг другу, как два взаимоисключающих понятия. Взять хотя бы расхожее выражение «не за страх, а за совесть». Тем не менее, мне представляется, что наше желание «поставить вопрос ребром» — «или-или», часто возникает даже тогда, когда в этом нет никакой необходимости. Что лучше — хорошо питаться или иметь хорошее здоровье? Такое же противопоставление обнаруживается и в нашем отношении к закону и к тому, что нас побуждает его соблюдать.

В данном случае, я говорю не о Законе Ветхозаветном, а о законах вообще. Соблюдение закона «не за страх, а за совесть» вроде бы подтверждается и Писанием. Особенно часто противники фактора страха приводят в качестве аргумента следующие стихи: «ибо [начальник] есть Божий слуга, тебе на добро. Если же делаешь зло, бойся, ибо он не напрасно носит меч: он Божий слуга, отмститель в наказание делающему злое. И потому надобно повиноваться не только из [страха] наказания, но и по совести» (Рим.13:4-5).

Однако они лишь на первый взгляд противопоставляют страх совести. Здесь говорится о недостаточности выполнения своих обязанностей только из страха. Павел, призывая повиноваться по совести, не упраздняет и элемент страха, но говорит о его недостаточности. Можно сказать, что страх является необходимым, но не достаточным условием нормального функционирования любого общества. Идея возможности существования общества без фактора страха наказания абсурдна. Более того, утопическая модель, где все законы работают лишь потому, что граждане имеют «добрую совесть», является по своей сути антибиблейской. Отличие библейского взгляда от недавно популярных моральных заповедей строителей коммунизма в том, что одни реальны, а другие нет.

Программа КПСС предполагала, что вот-вот появятся некие люди новой формации, которые будут настолько высокоморальны, что никакие репрессивные меры уже не будут нужны. Все сами по себе будут всё делать «как положено». Никогда не брать чужого, работать с полной самоотдачей, переходить дорогу только в специально отведённых для этого местах, никогда не курить там, где это не разрешено (если вообще предполагались какие-либо курильщики в том утопическом обществе), не продавать спиртное несовершеннолетним и т.д. Библейское же учение говорит скорее об обратном — греховность человека настолько всеобъемлюща, что рассчитывать на такую идиллическую картину не приходится. 

В последнее время очень часто приходится слышать такую точку зрения. В нашей стране народ не отличается высокими моральными принципами, но есть, дескать, некие страны, где сознательность граждан настолько высока, что все законы работают просто сами по себе из-за высочайшей степени сознательности граждан. Это типичная ошибка, корень которой как раз в неправильном противопоставлении «или-или». Не всегда два события могут быть легко вписаны в привычную схему «причина-следствие». Иногда это просто две взаимодополняющие составляющие. 

Мы можем сколько угодно говорить о высокой сознательности граждан, проезжающих перекрёсток исключительно по зелёному сигналу светофора, или никогда не позволяющих себе выбросить мусор на улицу из окна собственного дома или квартиры, не выливающих отработанное моторное масло на газон. Однако если быть до конца последовательным, то мы, скорее всего, обнаружим, что чаще такое поведение характерно там, где подобные действия повлекут за собой серьёзные санкции.

Причём эти нарушения едва ли останутся незамеченными из-за активности других граждан, которые поспешат обратить на это внимание контролирующих структур. Означает ли это, что у граждан такого общества имеются проблемы с совестью, так как их действия во многом базируются на страхе? — Отнюдь. Основываются ли их поступки исключительно на страхе наказания? — Не думаю.

С известной долей упрощения, можно сказать, что существует две модели. Первая основана на том, что «человек — это звучит гордо». То есть, несмотря на то, что «кто-то кое-где у нас порой честно жить не хочет», в принципе, добрая совесть или какая-то особая духовность того или иного сообщества людей сама по себе приведёт к тому, что мы называем порядком (в хорошем смысле этого слова).

Вторая — основана на противоположном положении — человек (вне зависимости от его статуса) крайне испорчен и слаб. Это понимание, в частности, находит своё выражение в принимаемых законах и механизмах их исполнения. Такому положению вещей свойственно не только взаимное уважение, но и взаимный контроль. Человек понимает, что, например, злоупотребление властью, попытка незаконного продвижения по службе своей возлюбленной или выезд на полосу встречного движения с большой вероятностью повлекут за собой наказание. Причём каждый понимает свою уязвимость.

Например, гражданин, игнорирующий указания сотрудника правоохранительных органов, или, садящийся за руль автомобиля в нетрезвом виде, понимает, что для него это будет означать большие проблемы вне зависимости от его статуса. Милиционер в свою очередь осознаёт, что нарушение закона с его стороны будут иметь не менее серьёзные последствие.

Каковы же характеристики зрелого и здорового общества? Одна из них как раз и означает, что граждане отдают себе отчёт, что человеческая сущность крайне испорчена и это касается всех. Исходя из этого, люди сами осознают необходимость: во-первых, принять такие законы, которые будут учитывать этот факт, а во-вторых — обеспечить их выполнение, понимая, что страх наказания — необходимое условие существования общества.

Попытки игнорировать «фактор страха» (или другими словами ответственности) в любом сообществе крайне опасны. Отсутствие контроля «сверху» часто ведёт к анархии и беззаконию. Отсутствие контроля и «снизу», и подотчётности верхов, как правило, выливается в злоупотребления властью и диктатуру.

Общество, построенное ТОЛЬКО на страхе опасно, так как рано или поздно такой страх и унижение приводит к желанию отомстить и «потанцевать на костях» того, кого так долго боялись. О недопустимости такого послушания, основанного лишь на страхе, и пишет Павел (Рим.13:4-5).

Если же общественное устройство вовсе не подразумевает механизма ответственности за нарушение закона, уповая лишь на добрую совесть его граждан и внутреннее чувство справедливости, это приводит к анархии. Напомню, что библейское повествование об историческом периоде, сопровождавшемся жестокостью, неразберихой и разобщённостью народа, описывается словами: «В те дни не было царя у Израиля; каждый делал то, что ему казалось справедливым» (Суд.21:25).

Категорическое нежелание признать испорченность человеческой природы часто мешает нормальному развитию. В этом случае создаются мифы, что данное сообщество достигло какого-то особого, отличного от всех, уровня духовности и сознательности, а значит, к его гражданам уже нельзя подходить с теми же критериями, что и к другим.

Если исходить от этой предпосылки, то действительно законы и их выполнение не так уж важно. Во власти подразумеваются добрые люди или человек, который исполняет роль отца всех народов и его не следует огорчать недоверием. Остальная часть населения также отличается особой духовностью, которая свойственна якобы только им. Это означает, что можно уже полагаться не на закон, а на здравый смысл и добрую совесть граждан.

Тем не менее, именно совокупность законов, механизмов контроля над их выполнением (в том числе и с учётом страха наказания) и свободной совести граждан создают наиболее благоприятные условия развития общества. Выпадение любой составляющей, как правило, ведёт к негативным последствиям.


Михаил Неволин
www.kbogu.ru