alumnos 840x430Первый класс... Он был первым в жизни Фоти, где она была учительницей. За год коллеги успели полюбить ее, и ребятишки тянулись к ней.

Список новых учеников был длинным. Учителя отдали своих детей к Фоте, и многие родители потянулись к директору с просьбами: «Тоже хотим к ней». Фотя чувствовала себя неловко перед коллегой, которая стала для нее наставником и которую успела полюбить. Они вместе набирали первые классы — у Фоти 35 человек, а у коллеги - 25.

- Дай список глянуть, - попросила учительница, которая была из местных (Фотя приезжала из города в пригородную школу). - О... Серега. Наплачешься ты с ним, девонька.

 - Почему?

- Бандит этот Серега.

- Так нельзя говорить о ребенке.

- Послушай меня, я знаю, что говорю. Однажды Серега на глазах всех детей поймал на дороге петуха и у живого тут же голову открутил и бросил. Это не ребенок, это чертенок.    Дети его боятся. Его весь поселок знает.

И вот Фотя стояла перед дверью класса... Она волновалась — получится ли донести что-то доброе до этих маленьких сердечек? Фотя сознавала всю ответственность того, что прикасается к чьей-то судьбе, к еще мягким, как пластилин, душам. «Господи, помоги», - прошептала Фотя и смело потянула ручку двери.

Его нельзя было не узнать... Среди доверчиво открытых глазок, где-то робких, где-то восторженных и добрых, выделялся один взгляд в упор. Он был бесстрашным, вызывающим, с наглыми нотками. Сам Серега был меньше всех, худенький, с остреньким носиком и оттопыренными ушами. И только недетский взгляд говорил о том, что ему уже пришлось пережить нечто тяжелое.

- Садитесь пока где хотите, - сказала Фотя.

И он сел... Один. На второй парте по центру. Дети, оглядываясь на него, старались сесть подальше. Фотя выждала пока все успокоились и уже хотела говорить, но Серега демонстративно встал:

- Жарко у Вас тут, - он снял рубашку и повесил на спинку стула, оставшись в майке. Затем достал из портфеля большое зеленое яблоко, сел, положил ноги на стол и стал смачно жевать. Фотя подошла поближе и сказала спокойно, но твердо:

- Сережа... Тебя ведь так зовут? Я попрошу тебя опустить ноги и убрать яблоко. Сегодня ты пришел в гости ко мне. Когда я приду к тебе в гости, я постараюсь соблюдать тот порядок, который принят у вас, - Фотя смотрела ему прямо в глаза. Нехотя Серега убрал ноги, отодвинул яблоко, и Фотя продолжила урок...

Первые месяцы были самыми сложными. Серега успевал за минуту, когда учительница отворачивалась к доске, на кого-то плюнуть, бросить что-то; порвать кому-то книгу, исписать тетрадь... Но постепенно успокоился.

Он оказался очень смышленым мальчиком. Звезд с неба не хватал, но учился бы неплохо. Если бы...

Серега часто пропадал на неделю, две... Фотя не могла понять, что происходит — справки от врача не приносил, а в ответ на вопрос: что произошло, отводил взгляд в сторону, прищурив глаза, и молчал. По его лицу пробегала боль. Фотя пыталась навестить, когда он не приходил, но никто не открывал. Своим беспокойством она поделилась с местной учительницей. Ответ поразил:

- Да пьет Машка. Стыдно Сереге тебе все рассказать. Он закрытый сидит, когда мать в запой уходит. Воет возле окошка по вечерам. Соседи сердобольные хлеб ему в форточку кидают.

У Фоти навернулись слезы. Хотелось обнять мальчонку, попросить прощения за все допросы: почему не был, почему родителей не было на собрании... Она вызвала мать в школу, и та пришла. Крупная, красивая женщина, с натруженными руками... и со следами алкогольной зависимости на лице:

- Учительница, одна я. И денег надо заработать и за Сережкой присмотреть. В поле напашешься, устанешь, придешь домой — одна... Свет белый немил. Напьешься —забудешься, полегчает. Знаю, пить мне нельзя... Сережка — самое дорогое, что у меня есть. Протрезвею, слово себе даю, что пить не буду. Плачу, у Сережки прощения прошу. А потом опять срываюсь... Вот такая я скотина, - и она разрыдалась.

Фотя тоже одна растила малышей, и тема эта была ей созвучна. Отчаяние, одиночество тоже подступали. Фотя поняла со временем, что жалость к себе плохой друг. Да и поддержка у неё была — Бог, Его светлая радость внутри. Учительница попыталась о Боге сказать, но Мария отмахнулась:

- Мне уже никто не поможет. Да и некогда мне в церковь ходить...

Близился конец учебного года. Фотя не могла аттестовать Серегу по двум предметам из-за пропусков — не хватало оценок. Она опять вызвала Марию в школу... Но пришла не она. Перед Фотей стоял высокий, крепкий молодой человек и смотрел сверху вниз, изучая молодую учительницу с нескрываемым интересом:

- Что надо? Я Сережки брат.

- Я маму вызывала.

- Надо — говори со мною.

- Она опять запила?

- Послушай, не лезь куда тебя не просят... Не придет она. Я за Сережкой сейчас приглядываю. С армии только вернулся. Говори, иначе я пойду, дел много.

- Сережа много пропустил. Год к концу близится. Я не могу выставить ему оценки за четверть. Вы не могли бы проследить, чтобы он не пропускал занятия. Я позанимаюсь с ним после уроков, нагоним пропущенное.

- Ну это я могу. Все?

- Да, этого будет достаточно.

Серега догнал программу и закончил первый класс. Учиться ему нравилось. Особенно, когда получалось и учительница, улыбаясь, говорила: «Умничка... Молодец...». Иногда она становилась серьезной: «Здесь есть ошибки. Найди где». И он старался...

Близилось лето к концу. Фотя копала картошку на пришкольном огороде. Для учителей была выделена земля на пустыре. Вдруг учительницу окликнули. За прутьями школьной ограды стоял Серегин брат:

-Бог в помощь.

- Спасибо, - Фотя разогнула спину и вытерла пот.

Андрей, так звали брата Сереги, лихо перепрыгнул через ограду:

- А ну посторонитесь, - он забрал лопату из рук растерянной Фоти. - Вы городские и лопату не умеете толком в руках держать.

Андрей копал, а Фотя складывала картошку в сумки. Она улыбалась — так быстро и лихо получалось у этого парня.

- Все, все... Хватит, - пыталась остановить Фотя. - Мне много не унести.

- Так я помогу, провожу до остановки, - улыбаясь ответил Андрей.

Они шли по поселку и молчали. По задумчивому лицу Андрея Фотя видела, что он хочет о чем-то спросить, но не решается. Дошли до остановки. И он спросил:

- Это правда, что Вы верующая?

- Да. Иисус Христос стал моим Господом.

- У нас недалеко тоже верующие живут. В церковь меня зовут.

- А ты пойди, Андрюша. Без Бога в жизни плохо.

И он пошел... Фотя увидела его в церкви и улыбнулась. А Андрей смущенно проговорил:

- Вот я и пришел...

- Я очень рада, Андрюша.

Он стал ходить в церковь постоянно. А потом пришла и его невеста. Поженились, Бог дал им чудесных деток. Фотя радовалась тому, как менялся Андрей, красивый серьезный мужчина, ставший Фоте братом во Христе. С жаждою он читал Писание, истины Божьи верою растворялись в сердце и проявлялись в жизни. По праздникам приходила в церковь и Мария. Каялась и опять возвращалась к любимым грехам... Путь Сереги был нелегким. Что мешало ему, как Андрею, принять Бога в сердце — это только Бог знает...

Мф.13:19-23 «ко всякому, слушающему слово о Царствии и не разумеющему, приходит лукавый и похищает посеянное в сердце его - вот кого означает посеянное при дороге. А посеянное на каменистых местах означает того, кто слышит слово и тотчас с радостью принимает его; но не имеет в себе корня и непостоянен: когда настанет скорбь или гонение за слово, тотчас соблазняется. А посеянное в тернии означает того, кто слышит слово, но забота века сего и обольщение богатства заглушает слово, и оно бывает бесплодно. Посеянное же на доброй земле означает слышащего слово и разумеющего, который и бывает плодоносен, так что иной приносит плод во сто крат, иной в шестьдесят, а иной в тридцать.»

 

 

С.Ф.